Светлана Борминская (borminska) wrote,
Светлана Борминская
borminska

мои семидесятые

Оригинал взят у waldemar_kazak в мои семидесятые

Воспоминания о ссср в блогах сродни эпидемии дизентерии.
Вслед за одним постом прорывает все новых желающих поделиться, волна захлестывает и вот ты уже ловишь себя на том, что разглядываешь школьные фото. Про школу я как-то уже писал. Осталось написать про детство и детский сад.

Мое болезненное детство проходило в двухэтажном бараке неблагополучного района г. Калинина (ныне Тверь). Чаще всего у меня болели (стреляли) уши. Кроме того, моя мама панически боялась, что сын будет лопоухим и надевала на мою голову какие-то немыслимо тугие чепчики.  Хуже них были только колючие шарфы затянутые с силой удавок.Наш двор соседствовал с другим через ряд сараев, где хранили дрова для печей. Когда я родился, печи разобрали, и в доме появились батареи, а сараи наполнились всякой рухлядью. Кстати, горячей воды в этих домах до сих пор нет. Ярким воспоминанием детства была капающая с козырьков сараев вода, которая пробила за долгие годы затейливые лунки и ходы в кирпичах, которыми были обложены эти сараи. Я мог часами наблюдать капающую воду и красный изъеденный кирпич поросший мхом. Также во дворе была деревянная беленая мелом помойка над которой летом вились жирные синие мухи. Почему-то это делало двор похожим на репродукцию поленовской картины "Московский дворик". В районе часто отключали свет и актуальным был поход в лавку за керосином для ламп. У нас была какая-то необычная лампа, тетка называла ее "летучая мышь". Лавку с надписью "Керосин" я обожал. Кроме керосина, который продавец в фартуке наливал черпаком из бочки, там продавалась уйма всякого скарба - от гвоздей до деревянных санок. Отдельный кайф были весы с утиными головами. Не плоской херней, как в нашем овощном, а настоящими металлическими скульптурками. Долго мне там не позволяли  - "ребенок может надышаться". За керосином я ходил со своей теткой, вернее,  сестрой моей бабушки. Мы жили вместе - бабушка, две ее сестры, мама, папа и  я. В трех маленьких комнатах. Мне было весело, а вот моим родителям, думаю не очень. Кроме сараев, у нас был подпол, где хранилась картошка и чердак, где сушили белье. Подпол состоял из камней, что-то вроде известняка, один камень был испачкан бурой краской. Я для себя решил, что тут немцы пытали партизана и убили его. В войну в нашем и соседнем доме квартировали немцы это правда, а наша соседка не убежала, а осталась, готовила им и стирала белье. Моя же бабка решила  не оставаться. Она взяла свою самую ценную вещь - швейную машинку Зингер, привезенную еще из рижской молодости, обернула ее масляной тряпкой и закопала во дворе. Машинка до сих пор жива, но на ней никто давно не шьет. А на чердаке жили тролли. Вернее они жили в моей голове, но дела это не меняло. Когда мне вменялось помогать нести белье или скрепки на чердак я заранее начинал волноваться.  Чердак освещала одна лампочка, часть его терялась в темноте. Однажды осмелев я решил все же увидеть троллей поближе и, пока мама вешала белье,  двинулся во тьму. И вдруг, что-то там шелохнулось, смелость меня покинула, я развернулся и бросился бежать. До тех пор, пока не встретился головой с задвижкой от печной трубы. Яркие звезды детства. Но самый страшный удар я получил позже, от качели, под которые я полез остановить зарвавшегося мальчика. Меня долго лечили, глаз не видел почти год, но после этого удара я внезапно стал рисовать!


Дальше надо? У меня еще несколько страниц.

Subscribe

Buy for 30 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments