User Profile

- нравится очень. Ронни Корбетт.
МОИ КНИЖКИ:
ОЗОН http://www.ozon.ru/context/detail/id/1298055/?type=308#308



Из романа "Игрушки для взрослых мужчин":
Тяжёлый джип «навигатор» перегородил трамвайные пути.
Когда через час он вернулся, и его обложили площадной бранью сразу шесть трамвайных водителей, а также несколько патрульных милиционеров, он спокойно отдал им права на предмет изучения. Права ему вернул майор с толстым брюхом, подчёркнуто козырнув при этом. Он положил права в карман, заплатил штраф, равный тремстам рублям и…
Он повернулся…
Было очень раннее утро… Сначала он увидел глаза и лишь поэтому не обратил внимания на одежду… Хотя для него это было так же нехарактерно, как, например, ездить в метро в час пик и скромно стоять на чьей-либо сумке или костяной ноге… Про него говорили - «родился с золотой ложкой во рту».
Потом он жалел, что не сел в машину и не уехал оттуда тотчас же, но было уже поздно - он влюбился, причём страстно!.. Он просто с ума сошёл по этой женщине, и ничего уже нельзя было поделать.
Ничего.
Он не переносил запаха никаких цветов вообще - у него начинался кашель и слёзы от них, но он купил огромный розовый букет с каплями росы и с мрачным лицом преподнес его ей. Даже точнее - вручил, как метлу дворнику. Она взяла розы и недоверчиво улыбнулась…
Если бы, кто сказал, что его самая большая в жизни любовь - метёт Кутузовский проспект, между домами - 107 «а» и «б» и бутиком «Прадо»… Но кто мог это знать и сказать ему, чтобы он объезжал Кутузовский стороной?
Естественно, он был женат. Его жена выглядела, как Кэтрин Зета Джонс… Вы мне не верите? Ещё бы… Тем не менее - это так!
А любовь - мела улицу за возможность жить в комнате, которую ей предоставил ЖЭК, пока она будет мести, и тут же выселят, когда она прекратит это делать.
- Я хочу тебе помочь, - сказал через неделю их знакомства он.
- Не надо, - сказала она. - Ты не можешь…
Он ожидал чего угодно, но только не такого ответа. И не спросив - почему она не хочет его помощи, молча сел в машину и уехал, чтобы вернуться к ней через месяц с небольшим.
Он не спал все те тридцать дней и ему кусок не лез в горло, он только пил воду, не вино…Он исхудал и перестал бриться, хотя не стал от этого хуже выглядеть. Наоборот, он стал похож на человека и вдруг заметил - по улицам ходят люди!.. И сквозь туман смога - видны пунцовые глаза-фары машин. И воздух в Серебряном Бору, где он обитал вместе с семьёй - хрустит от свежести, и ему, ему хочется смеяться, только при одной мысли о ней!
О ней!..

Она не удивилась, когда он перестал приезжать. Помахивая метлой, и завтра и послезавтра она снова мела свой участок между домами 107 «а» и «б» и бутиком «Прадо». Что она думал на его счёт?..
Не поверите - ничего.
Все мысли были заняты сыном, который лежал в детском отделении больницы Св. Анны и ждал своей очереди на операцию.
- Глебкова, опять куришь? - мимо к ЖЭКу шла её напарница Гуля с метлой на плече. - Мети шибче, - не улыбаясь, хмуро добавила она.
Валентина, на минуту присев на скамейку у подъезда, промолчала. Гуля прошла мимо и обернулась, чтобы подмигнуть напоследок.

В Москве Валя жила уже больше месяца. Повторное обследование вновь подтвердило первоначальный диагноз у сына, а ожидание операции не прибавляли ей рвения, скорее наоборот…И просто фантастически повезло, что она устроилась на эту работу с жильём.
Валя обвела глазами свой участок и мучительно зевнула…Ставшая уже хронической усталость не проходила в течение всего последнего года после того, как заболел Антошка. Было около семи утра, и к жилым домам свернули два нарядных мусорных контейнеровоза ярко-апельсинового цвета. Громыхая, они остановились напротив, и уборка мусора началась...

Время удручающего ожидания из месяца в месяц стало привычным. Казалось, что так было всегда - маленькие дети с лысыми светлыми головками от многих курсов химиотерапии в палате, где лежал сын.
«Прогноз скорее утешительный, - сказал ей вчера лечащий врач. - Поднимем ему немножечко гемоглобин и сразу же сделаем операцию… Нейробластома излечима, по крайней мере, в нашем отделении были удачные прецеденты, хотя конечно, везёт далеко не всем…»
- Не зря ведь мы приехали к вам?.. - Валя спросила и с надеждой повторила: - Не зря, ведь так?..
- Надежда есть, - сразу согласился врач. - Мальчишки легче переносят операцию и чаще выздоравливают… Вообще, у детей рак лечится в большинстве случаев. Купите ему, что он хочет, если, конечно, у вас есть такая возможность, ведь детям хочется играть всегда и везде!.. От хорошего настроения тоже многое зависит, а он у вас очень терпеливый мальчишка…
- Я куплю, - кивнула Валя, подсчитывая в уме, сколько у неё есть денег.

Надо было работать, и привычно постучав ручкой метлы об асфальт, она начала мести, стараясь отогнать мысли, с которыми засыпала и просыпалась весь последний год.
- Валька, а этот твой больше не приезжал?.. - Гуля мела ей навстречу, и они встретились у бутика «Прадо» через час, как раз у его служебной двери, и закурили.
На сегодня их работа почти закончилась.
- Кто не приезжал? - спросила Валя, хотя догадалась сразу.
- Ну, который розы подарил… Куда ты их дела-то?
- Врачу отнесла в больницу, - Валентина пожала плечами. - А чего ему приезжать-то ко мне?.. Я даже и не помню, как его зовут.
Ну конечно, она немножко лукавила…
- Ну что, по домам?.. - весело спросила Гуля, и кивнула на соседний восьмиподъездный дом. - А ты опять на подработку?
Валя кивнула. Она убиралась ещё в фото-студии «Тирли» неподалёку.
- Может, приедет ещё, как ты сама считаешь, а? - Гуля поглядела по сторонам. - Запал он на тебя, Валька, я сразу просекла, и чего в тебе такого? - она машинально оглядела Валю. - Ну, молодая, - задумчиво протянула она, ковыряя метлой асфальт, - и тощая к тому же… А он стоит, довольный как слон, на тебя смотрит и не дышит!..
- Неужели не дышит? - рассмеялась Валя. - Да-а-а… точно странный какой-то!
А через пару минут начался дождь и к бутику «Прадо» свернул джип «Навигатор»… На него обратила внимание участковый инспектор Новичкова из окна своего кабинета в служебном цокольном этаже. Последние три недели «джип» приезжал с завидной регулярностью, и она запомнила номера и долговязого симпатичного мужчину-водителя в нём.



Из романа "Люблю. Ненавижу. Люблю":
- Целую твои пальчики, - сказал он мне двадцать лет назад и поцеловал каждый пальчик из моих двадцати. Я подумала и вышла за него замуж.
Слова на меня действуют, как на некоторых дам деньги, я слушаю их и говорю в ответ.
Ну и что, что наша жизнь была не из одних лишь нежных поцелуев, но когда однажды он не пришёл домой, я поняла - меня любили. Меня любили так, как любят немногих на этой чертовой земле!.. Я была счастлива двадцать лет из своей жизни.
Плохое слово - «была»…
И неважно, что вначале я была женой старшего лейтенанта на Новой Земле, потом капитаншей в Благовещенске и лишь через десять лет мы перекочевали в Эстонию со всем своим нехитрым и смешным скарбом.
Мой муж стал «полполковника», и обитали мы в небольшой квартирке по соседству с семьями других офицеров в старом доме без лифта и с лестницами с палисандровыми перилами. Эти перила в доме для командного состава нашего гарнизона - в самом сердце Эстонии городке Тапа, я помню до сих пор.
А потом Горбачева перетасовали на Ельцина, и Эстония стала заграничной штучкой, и… погнали уже нас - в Россию. Мы остались. Нам некуда было ехать.
Нам некуда было ехать - мы прожили слишком долго в кирпичном доме рядом с парком. На краю кладбища, там, где осыпается песчаная земля, был похоронен наш сын. Он почти не болел… Он сгорел так же быстро, как горит тонкая восковая свеча пред аналоем. Последствия работы мужа на Новой Земле - разводили руками врачи все десять лет его жизни. Нам некуда было ехать, хотя почти всем людям на земле некуда ехать - если их начинают гнать.
Мне бабушка говорила - счастье перелетает от человека к человеку, ведь счастье - перелётная птица.
«Или бабочка с крылышками - с цветка на цветок?.. Да, бабуль?» - выдумывала я.
«Или бабочка, - соглашалась бабушка. - Ты отгадала, Сашка!»
«Я должна быть - как цветок? - воображала я, хлопая юбкой перед зеркалом. - Да, ба?»
«Ты и есть цветок - я тебя вырастила», - хвалилась бабушка.
«Значит, моё счастье скоро прилетит?» - смеялась я.
«Да, оно уже летит к тебе, Шурочка».
Моё счастье прилетело, осталось на двадцать лет и не улетало от меня.
Илья…
Я не могу сказать, что мы бедствовали, когда муж перестал ходить на службу в штаб гарнизона. Мы продолжали жить почти, как и жили - я работала в муниципальной больнице, а Илья форсировал работу бригады строителей из знакомых офицеров и прапорщиков. Тех, их кого не вышло бизнесменов и кого хоть что-то держало здесь - в маленьком городке постороннего государства, на сухой песчаной земле.

Когда я хочу вспомнить что-то, память мне подсовывает не те воспоминания.
Допустим, я помню, как стою перед зеркалом, надув губы и сузив глаза, и повторяю: «Я очень коварная…Очень! Очччень!.. Оочччченннь!»
Когда я вспоминаю, как тебя не стало, я начинаю тихо улыбаться и петь что-нибудь голосом Патрисии Каас, чтобы не умереть с горя. С горя не умирают, скажете вы. Ещё как умирают!.. Я не умерла лишь потому, что меня некому хоронить здесь в Эстонии. Чужие люди не в счёт. Они не хоронят, они - закапывают. Я не хочу быть закопанной эстонцами на их эстонской земле! Я поживу, пока смогу. Пока земля меня терпит, конечно.

Тем вечером муж шёл по улице и на пересечении Глинки и Айвазовского оступился с тротуара, минивэн его почти и не задел, так - толкнул по касательной, и муж неудачно упал. Настолько неудачно, что, не приходя в сознание, Илья скончался в приёмном покое больницы - той самой, в которой я работала секретарём главного врача.
Всё произошло в мгновение ока. Никто не был виноват. Или был?..
Или всё-таки не был?! Как вы считаете?.. Для меня это очень важно!!!



Из романа "Дом золотой":
Фаин дом по утрам освещался солнцем и на целый час становился золотым. Как детство. Лучше детства только рождение девочки и ещё, пожалуй, мальчика. И всё. Больше ничего золотого в жизни нет.

Про свою соседку и подругу задушевную Фаину с улицы Пухлякова мне рассказала моя квартирная хозяйка тётя Маруся.
Тогда, в тот год и день, я села в соборскую электричку, натянула потуже шапку и, всхлипнув, поехала. Если уж быть точной до конца, это электричка дернулась, как припадочная, и поехала, а я только всхлипнула, глядя на платформу в жёлтом мартовском снеге.
– Марток – надевай восемь порток! – посмотрев на меня не по-хорошему и не по-христианскому, сказала бабка напротив и, выхватив из-под лавки свою сумку с бутылками и буханками, со вздохами и причитаниями собралась выходить на следующей станции.
– Станция Березай! – напоследок прикрикнула она на весь вагон и выскочила на свой Березай, размахивая руками. А я, прижав ногой чемодан, открыла пошире глаза и дала волю слезам.
Тогда и так горько закончилась моя семейная жизнь. Хотя ничего особенного. Просто, просто я полюбила не того парня, за которым можно жить, а умирать мне было ещё рановато. Поясню.
Помню, в то лето мне завидовала вся улица. Я выходила замуж за Собакина. Но через полгода семейной жизни однажды мой Боря разбудил меня, вернувшись с работы поздно ночью.
– Лапа, пожалуйста, завтра с утра вымой багажник... Ты не сердишься? Меня не будет с неделю, срочные дела, я так устал!
Я вымыла. Вычерпав вместе с ведром тёплой воды с мылом чью-то кровь, волосы и что-то похожее на мозги.
Я вышла замуж за бандита. Нечаянно. Бандит был моим одноклассником. Я знала его двадцать лет из моих двадцати трех.
До сих пор помню, как открыла бордовый багажник “Лексуса”. Из него пахнуло гнилым ветром… Чья-то убитая жизнь невыносимым запахом напомнила о себе.
Вот и пришлось уносить ноги, и те последние дни в своём городе я ломала и чуть не сломала голову – куда бежать? Меня никто нигде не ждал. Так уж вышло на тот момент. И вдруг – письмо. От моей давней подружки Надежды Фазановой из Соборска.
И я в миллионный раз убедилась в существовании провидения.
Всё предопределено.
Да, да.
По крайней мере в моей жизни…
Зачем я здесь? Почему? Как попала на эту холодную планету, где я постоянно кашляю?
Ой, не знаю... Как бы не пропасть раньше времени – только эта мысль порой и не даёт потеряться в череде событий, с которыми я категорически не согласна. А кто-то шибко умный взвалил мне их на горб – неси, давай, и не стони! Вот и несу – то ползком, то на карачках, то давясь слезами. Конечно, иногда выпадают и светлые моменты. Вот именно, выпадают. Так что сперва привычно втягиваешь голову в плечи, а потом только начинаешь недоверчиво радоваться. Ля-ля-ля! Ой!
Ночью Надежда встретила меня. По заснеженному городу мы пошли от вокзала сперва к ней в тесный домик на улице Пухлякова, а где-то через час, насмотревшись друг на друга и насмеявшись шепотом – за стенкой спали свекор, муж и пара близнецов, – оделись и, проваливаясь позади дома в снег, дошли кое-как до ее тётки Маруси, которая нас ждала и спала некрепко, а вполглаза. Мы и стучались-то к ней всего пятнадцать минут. И уже там, напившись еще чаю с чёрными солёными сухариками, улеглись на полатях в тёмной комнатке с перегоревшей лампочкой и без разговоров заснули.



Из романа "Вы просили нескромной судьбы?":
"На крыше на старом шифере лежали крылья… Размера 46-го - как раз для маленького человека, проще говоря, ребёнка лет двенадцати… Чуть пыльные, обтрёпанные и желтоватые, словно владелец облетел половину Земли на них… Да что я такое говорю?.. Разве такое возможно?..

- Разум не обменяешь, но счастье-то можно дать? - бубнил один поп, а другой внимал.
- Человеку с глупой головой? Счастье?.. - не поверил первый.
- Счастье и глупому - не помеха! - отмахнулся сивой бородой седой и повыше поп.
Из Хоромного тупика они вышли на Боярскую улицу, и поднялись по двум осыпающимся ступенькам к Непорочной церкви. Её псевдо-соломенные купола и много сизарей на растрескавшемся асфальте, были известны на всю округу… Батюшки осенили себя крестами и размашисто вошли в древний храм, не забыв вытереть ноги о половик у порога.
Они не заметили необычайного явления - серебристых облаков над Москвой, так были увлечены своим разговором".



Из повести "Дай погадаю!":
«Опустела без тебя земля, как мне несколько часов прожить?..»
Я с детства люблю этот фильм про Плющиху и песню про погибшего французского лётчика знаю наизусть. Может быть, поэтому мне всегда хотелось пожить там?..
И первым делом, на занятые знакомого коммерсанта деньги, я сняла у двух престарелых дам комнату на улице Плющиха, большего я себе позволить всё равно не могла. В непримечательном доме под № 14/7, похожем на длинный жёлтый барак, неподалёку от ресторана «Ганнибал». Не совсем барак, конечно, правильнее сказать старый довоенной постройки дом в стиле «баракко», очень унылый на вид, хоть и выкрашенный в трогательный цыплячий колер.
Сёстры Хвалынские - Марианна и Эвридика, сдавшие мне меньшую из трёх комнат, вели тихую жизнь двух регулярно пьющих пожилых мегер. Получая раз в месяц по пенсии каждая, они пили, всё, что горит, забывая о закуске, и жили весьма уединённо, разводя бегонии в горшках. По крайней мере, весь подоконник в моей комнате был заставлен ими наподобие оранжереи. К сёстрам я попала не просто так, а по рекомендации их знакомой из Дракино, тоже весьма пьющей дамы Лёли Залуцкой, которая когда-то работала с ними в Академическом театре оперы и балета.
(это продолжение повести "Станция Мост", которая вышла в "Амфоре" в 2005 году в сборнике повестей "Дама из Амстердама")


Мои романы в интернете:
http://www.litportal.ru/all/author6730/
http://lib.aldebaran.ru/author/borminskaya_svetlana/
http://www.fictionbook.ru/author/borminskaya_svetlana/
"ЦЫГАНОЧКА С ВЫХОДОМ" http://www.sibogni.ru/archive/32/353/
"КОВАРНЫЙ МУЖИК" http://www.proza.ru/texts/2008/03/12/31.html
"ДАМА ИЗ АМСТЕРДАМА" http://www.moskvam.ru/2004/11/borminskaya.htm
"СТАНЦИЯ МОСТ" http://www.sibogni.ru/archive/48/571/


МОИ ФОТЫ http://foto.rambler.ru/users/borminska/

МОЯ СТРАНИЧКА НА ПРОЗЕ.РУ - http://www.proza.ru/author.html?borminska

Friends:

Friend of (1898):